Свободная женщина

 
Роза поднималась на свой пятый этаж в надежде на то, что мама спит, и ей удастся избежать очередной нотации. Сегодня был не очень хороший день, а точнее, вечер. На работу позвонила подруга Марина и пригласила в гости. Просто так, без повода. Но Роза знала: что-то затевает ее бывшая одноклассница и не ошиблась.
 
Пришлось позвонить маме, придумать день рождения Марины и сказать, что она задержится. Попросила ее не ждать, чтобы ложилась спать и не беспокоилась. Но мама есть мама, с ней так легко не договориться. Поэтому она тяжело вздохнула в трубку и сказала:
 
— Все равно дождусь, дочь, ты же знаешь.
 
Роза глянула на экран телефона: половина двенадцатого. Да, если не спит, то будут слезы, упреки, расспросы. И что рассказать? Что Маринка пригласила гостей (хотя это неправда), а среди них был Эдик Миронов? Он один и присутствовал на этой встрече, ну не считая Маринкиного мужа, конечно.
 
Маринка разыскала Миронова одной ей известными путями. Вспомнила, что тот когда-то был влюблен в Розу. Оказалось, что Эдик овдовел около года назад, живет один за городом, в своем доме. Вот и решила столкнуть их снова. А что? Два одиночества, вдруг и выйдет что-то?
 
Не вышло. Во-первых, Эдик изменился не в лучшую сторону. Как-то погрузнел, пообтрепался. Раньше спортом занимался, а сейчас вряд ли уж. Да и на Розу хоть и смотрел с интересом, но при этом битый час рассказывал о своей бывшей жене. Хорошая была женщина, хозяйка, умница. Умерла только рано.
 
Потом они вместе сели в такси, он довез ее до дому, а сам в свой загород поехал. Телефонами они обменялись. Но при этом Эдик сказал:
 
— Позвоню после годовщины жены. Встретимся, поболтаем.
 
Роза не ответила ни да, ни нет, интереса не проявила. И маме этого рассказывать она не будет. Зачем ее тревожить лишний раз.
 
Наконец она добралась до своего пятого этажа, тихонько подошла к двери, отперла замок и вошла в прихожую, не включая свет. Осталось только раздеться и прошмыгнуть в свою комнату.
 
— Роза! – услышала она голос мамы и тут увидела полоску света под ее дверью. Не спит…
 
— Ну что, мам? – спросила она, приоткрыв дверь. – Просила же тебя не ждать.
 
— Что значит «не ждать»?! Разве я усну, когда ты шляешься по ночам. Одна! Что я должна была думать?
 
— Что я приеду на такси. Ну в конце концов, могу я к подруге сходить, мама! – Роза вспылила.
 
Тогда в ход пошли козыри: мама вспомнила про отца, надавила на больное.
 
— Как ты разговариваешь с матерью? Правильно отец говорил, царство ему небесное, избаловали мы тебя. Хорошо, что он этого не слышит, — голос дрогнул, на глаза набежали слезы.
 
— Ну мам, не расстраивайся. Я же тебя предупредила, что приду позже. Правильно?
 
Роза уже сидела рядом и обнимала маму за плечи.
 
— А соседи что подумают? Что ты шатаешься по ночам, наплетут сплетен, мне выговаривать начнут!
 
«Господи, как достал уже этот цирк», — подумала Роза и тут услышала:
 
— Давление мне померяй. Подскочило опять, небось…
 
Роза сходила в кухню, достала из шкафчика тонометр, вернулась и аккуратно надела маме на руку манжетку. Смерила давление, затем вытерла платочком ее слезы и сказала:
 
— Твое обычное давление, не повышено. Давай ложись. Молочка теплого принести тебе?
 
— Не надо, — ответила мама, — в туалет схожу и спать. И ты ложись.
 
— В кухне запашок неприятный, — сказала Роза. – Мусорное ведро нужно вынести.
 
— Нельзя на ночь глядя! А то ты не знаешь…
 
— Мама! Ну развоняется же к утру. Я быстренько.
 
Роза взяла ведро, накинула старый плащ, переобулась и вышла из квартиры. А мама подошла к окну. Она стояла и смотрела, как ее поникшая, с взъерошенными волосами дочь, которой скоро исполнится сорок, бредет через двор к мусорному контейнеру.
 
Ветер треплет полы плаща, на ногах шлепанцы. Она смотрела на нее, и сердце сжималось от жалости. Ведь Роза всю себя посвятила ей, и где же ее личная жизнь? Где семья, муж, дети?
 
Пожилая женщина отошла от окна и накапала себе валерьянки.
 
«Нет, ну этот Василий был, конечно, никчемный мужичонка, моей Розе не пара, — размышляла она, направляясь в свою спальню. – А вот Борис был неплохой мужчина. Жаль, что женатым оказался». Ее стало клонить ко сну, и не было даже сил снова к окошку подойти, чтобы посмотреть, возвращается уже Роза или нет…
 
А Роза шла по хорошо освещенному двору, придерживая полу плаща и неся полное ведро. На душе кошки скребли: и жалко было маму, и жить так было уже невмоготу. Тотальный контроль и вечное недовольство. О каком мужчине тут может идти речь, если мама ни одного не воспринимает?
 
Бориса только этого привечала. Тот вечно с подарочками, продуктами, на машине. А потом… ой, лучше не вспоминать. Женатик оказался.
 
«И чего ему от меня было нужно? Красавицу нашел! Девчонок что ли мало вокруг, если уж жена так надоела», — думала Роза, подходя к мусорнику.
 
И тут услышала стон. Он раздавался откуда-то издалека, но в ночной тишине слышался очень отчетливо. Роза опустошила ведро и пригляделась: в конце двора под фонарем сидел мужчина. Он и стонал.
 
Она поставила ведро и тихонечко подошла поближе. Освещение яркое, одет мужчина прилично, только голова опущена вниз и изо рта стекает тоненькая струйка крови. Роза испугалась, но все же окликнула его:
 
— Эй, мужчина, вам что, плохо?
 
Он вдруг понял голову, и она поняла, что его, скорее всего, били. Пришлось подойти поближе.
 
— Плохо выгляжу, да? – спросил он вдруг.
 
— Ну… неважно. Скорую вызвать?
 
Мужчина попытался подняться, Роза помогла. Хорошее драповое пальто, под ним костюм, рубашка с галстуком. И капли крови на рубашке.
 
— Что случилось? – спросила она, пока он промокал кровь носовым платком.
 
— Ограбили какие-то отморозки. Телефон, кошелек, часы. Их четверо было, я один. Не справился, видите?
 
— Хорошо хоть живы остались. Пойдемте вон в тот подъезд, там посидите, пока я в скорую позвоню.
 
Мужчина, опираясь на ее руку, поплелся за ней. Ведро так и осталось у мусорных баков, было не до него. Роза завела мужчину в подъезд, он поднялся на один пролет и уселся на низкий подоконник.
 
— Вы посидите здесь, я сейчас вызову неотложку и спущусь, — сказала Роза и стала подниматься по лестнице, но тут столкнулась с мамой.
 
Как оказалось, та не успела толком заснуть и окликнула Розу. Дочь не ответила, тогда она в беспокойстве подошла к окну и увидела эту вопиющую картину своими глазами, зрение ее не подводило, несмотря на возраст. Она тут же бросилась в подъезд и стала спускаться вниз.
 
— Роза! Ты меня в могилу сведешь! – выкрикнула она. – Что это за явление?!
 
Пришлось забрать маму с собой и объяснить, что к чему. Не бросать же человека на улице ночью избитого. С этим доводом мама, однако, согласилась. Они вызвали скорую, Роза объяснила все, что смогла объяснить и быстро спустилась к незнакомцу.
 
Тот сидел, облокотившись к оконному проему. Уже не стонал, но, сморщившись, держался за бок. Видимо, и туда его хорошо саданули.
 
— Спасибо вам. Как вас зовут? – спросил он через силу.
 
— Роза. Я вам бутылку воды принесла, только не знаю, можно вам пить или нет?
 
— Губы смочить можно, — улыбнулся он и припал к горлышку бутылки.
 
Но тут приехала скорая и в то же время спустилась беспокойная мама. Они вдвоем помогли ему подняться и передали в руки врачей. Потом Роза быстренько сбегала за ведром, будь оно неладно, и они с мамой поднялись в квартиру.
 
Беспокойная ночка, нечего сказать. Маму Роза уложила наконец, а сама никак не могла заснуть. Перед глазами стояло его лицо, искаженное болью. Красивые руки, которые она заметила, когда он вытирал кровь платком, и взгляд, хоть и тревожный, но в то же время благодарный.
 
Прошла примерно неделя с этого происшествия. Была суббота, Роза уже встала и готовила завтрак, как в дверь позвонили. Она поспешила открыть, размышляя, кто это наведался с утра пораньше. Молодой парень с красивым букетом роз стоял за дверью и приветливо улыбался.
 
— Здравствуйте. Вы Роза? – спросил он и, получив утвердительный кивок, вручил ей цветы. – Это вам от Леонида Юрьевича. Там визитная карточка внутри. Спасибо за помощь, — сказал парнишка и быстро сбежал вниз по лестнице.
 
— Как он? – успела крикнуть вслед Роза, но тот лишь поднял большой палец вверх.
 
«Арефьев Леонид Юрьевич, Консалтинговая компания Юникор» — значилось на визитке. А на обратной стороне написано от руки: «Дорогая Роза, спасибо за помощь. Буду рад звонку. Леонид».
 
Мама охала, ахала. Взяла у нее из рук цветы, поставила их в вазу и смотрела на дочь с большим вопросом во взгляде.
 
— Будешь звонить? – наконец спросила она.
 
— Не знаю… наверное, — ответила Роза и покраснела, этот мужчина всю неделю не выходил у нее из головы.
 
Каким-то образом квартиру узнал. Позвонила она не сразу, а лишь через неделю, в следующие выходные. Раньше не могла набраться смелости. И как же он обрадовался!
 
— Я сам не посмел явиться с цветами, — сказал он, — вдруг вы замужем, неудобно как-то. Поэтому водителя послал. А вы замужем, Роза?
 
— Нет, я… свободная женщина.
 
— Тогда я просто мечтаю пригласить вас в ресторан! Или в театр? Куда бы вы пожелали?
 
Просто удивительные вещи порой случается в жизни! До сорока лет не везло с мужчинами от слова совсем. А тут пошла выбросить мусор и… нашла свою судьбу. Леонид Юрьевич, мужчина сорока двух лет, был тоже свободен.
 
Бизнес, одинокий отец, никак не соглашающийся переехать к нему в коттеджный поселок. Приходилось разрываться между его квартирой и своим домом, работой и всем остальным: быт, спорт раз в неделю, закупки, химчистка.
 
А в тот вечер он задержался у приятеля и, решив заночевать у отца, шел как раз к нему, всего-то пара кварталов. Захотелось проветриться. И тут на тебе, гоп-стоп!
 
***
Отношения сложились. Роза с Леонидом стали встречаться и постепенно поняли, что любят друг друга.
 
— Ты даже не представляешь, как я рад, что все так случилось, Роза! – говорил он ей, держа за руки и заглядывая в глаза, в самую глубину. – Мне тебя мой ангел хранитель послал, не иначе! И теперь мы неразлучны. Ты согласна? Скажи мне да. Скажешь?
 
Роза не стала лукавить. Она давно уже всей душой прониклась к этому мужчине, полюбила его. И самое главное, мама счастлива и спокойна. Наконец-то дочь в надежных руках! И ей самой есть пара для общения.
 
Юрий Петрович, отец Леонида, очень интересный мужчина в разговоре. Как соберутся вчетвером, так молодежь о своем, о будущем. А они вдвоем и девяностые вспомнят, и о книгах поговорят, и про Лёнин участок: цветы, кусты, ягоды. Да мало ли о чем могут говорить два пожилых человека, которые наконец-то счастливы за своих взрослых детей!
Оцените статью